Ахангеран

В составе Таджикско-Памирской экспедиции 1934 года находился небольшой 29-й отряд, имевший своею целью предварительное изучение в археологическом, отношении района среднего течения Ангрена в связи с историей горной промышленности. Известная новизна самой тематики определила специфику работ этого отряда, которому по основному заданию предстояло столкнуться с проблемами из области истории техники горного дела и металлургии. Само же решение их не могло пройти без выяснения общего хода исторического развития здесь человеческого общества, поскольку в отрыве от социальной среды и конкретных условий материальных отношений не может быть никакого самостоятельного исторического процесса развития техники. Было бы слишком большой смелостью стремиться разрешить за один сезон все вопросы истории горного дела и металлургии в Ахангеране, как-то: добыча сырья, последовательная переработка, обмен и бытовое распределение предметов металлургической промышленности, классовое расслоение и классовая борьба в условиях различных общественных формаций и т. д. С другой стороны, высказанное положение приводило к тому, что на первое время объектами изучения должны были явиться и действительно явились не одни только бесчисленные заброшенные выработки и места давно потухших плавильных печей. Напротив, на начальном этапе исследования пришлось в основном сосредоточить внимание на суммарном ознакомлении со всем комплексом памятников материальной культуры на изучаемой территории, чтобы, сопоставив полученные наблюдения с данными, заключающимися в остатках, непосредственно относящихся к былой горной промышленности, в порядке первого приближения установить для всех объектов некоторые хронологические датировки, уловить между ними взаимную связь и последовательность и попытаться определить былую функциональную значимость как со стороны экономической, так и социальной, если не каждого объекта, то хотя бы отдельных их групп. 29 отряд включал в себя по линии Таджикско-Памирской экспедиции начальника отряда M. E. Массона, научного сотрудника В. Д. Жукова и непостоянных рабочих. Кроме того, на средства Узбекистанского комитета по охране памятников материальной культуры специально для производства съемки развалин столицы Илака, Тункета, была организована топографическая партия в составе топографа К. И. Лехновича, счетчика А. Н. Лехнович и нескольких переменных рабочих, работавших под руководством начальника отряда. Полевой период длился с 13/VI по 29, VII 1934 года, т. е. всего только 45 дней, но без единого простоя. Ограниченный срок, обширность района, неизведанность его в нсторико-археологическом отношении и, наконец, обилие остатков материальной культуры не позволили развернуть стационарные археологические раскопки. При обследовании того или иного пункта приходилось ограничиваться зачистками, а в большинстве случаев только регистрацией и сбором подъемного материала. Попутно шла фотофиксация, иногда производилась компасная съемка. Крайним северным пунктом наших маршрутов была точка, находящаяся в 13 км к северу от Кайнара; самым южным—Алтын-топкан в Карамазарских горах. На восток мы продвинулись до кишлака Яхши в 7 км восточнее Теляу, а на запад до селения Ильтамгалы в 8 км от берега Сырдарьи. Природные условия для работы нельзя было признать благоприятными. Обильные осадки весны и начала лета 1934 года способствовали буйному росту дикой и сорной растительности, во многих местах мешавшей даже продвижению, сильно затруднявшей сбор подъемного материала и делавшей почти невозможным наблюдение по поверхности археологического микрорельефа. Несмотря на все перечисленные осложнения, отряд не только выполнил возложенную на него задачу, но посетил еще разрабатывавшееся в древности месторождение Алтын-топкан. После обследования ряда мест древних плавок были собраны для анализов и переданы в соответствующие организации образцы шлаков. В течение 45 дней напряженного полевого периода- удалось посетить, открыть, выявить и зарегистрировать некоторые границы средневекового Илака, несколько древних торговых дорог, следы былой ирригационной сети, тысячи курганных погребений различных эпох, несколько старых мазаров, ям для углежжения, мест плавильных заводов, скал с высеченными рисунками и надписями, десятки тепе и десять более или менее значительных городищ: Имлак, Канка, Куль-ата, Ак-тепе, Курган-тепе, Джумишказы-теде, Уваит, Мунчак-тепе, Кырк-джангиз, Бука. Огромное большинство памятников не было известно ни по описаниям, ни просто по упоминаниям в научной литературе. Собранный вещественный археологический материал передан в Узбекистанский комитет по охране и изучению памятников материальной культуры. В процессе массового обследования тепе в долине Ангрена, когда в разных местах приходилось сталкиваться как бы с одноименными буграми, при попытках осмыслить их названия мне вновь пришла в голову мысль, что иногда здесь мы имеем дело не столько с собственным именем, сколько с термином, которым обозначаются тепе определенного типа и в который население, пустившее в обиход то или иное наименование, вкладывало определенный смысл по ряду усмотренных им признаков. К таким названиям относятся, например, Суйры-тепе, или Суйру-тепе, получившие прозвания от конусообразной формы с более или менее заостренной вершиной, от слова, „суйри* Ь^>~ | -»конически"остроконечный*,; »Куль-тепе"отсловая қул" [jy* или J f ] -„зола*, характеризуются наличием зольных слоев. Как известно, последние достигают мощности до несколько метров на местах поселений родового общества, если эти пункты были обитаемы в течение многих поколений. графа К. И. Лехновича, счетчика А. Н. Лехнович и нескольких переменных рабочих, работавших под руководством начальника отряда. Полевой период длился с 13/VI по 29, VII 1934 года, т. е. всего только 45 дней, но без единого простоя. Ограниченный срок, обширность района, неизведанность его в нсторико-археологическом отношении и, наконец, обилие остатков материальной культуры не позволили развернуть стационарные археологические раскопки. При обследовании того или иного пункта приходилось ограничиваться зачистками, а в большинстве случаев только регистрацией и сбором подъемного материала. Попутно шла фотофиксация, иногда производилась компасная съемка. Крайним северным пунктом наших маршрутов была точка, находящаяся в 13 км к северу от Кайнара; самым южным—Алтын-топкан в Карамазарских горах. На восток мы продвинулись до кишлака Яхши в 7 км восточнее Теляу, а на запад до селения Ильтамгалы в 8 км от берега Сырдарьи. Природные условия для работы нельзя было признать благоприятными. Обильные осадки весны и начала лета 1934 года способствовали буйному росту дикой и сорной растительности, во многих местах мешавшей даже продвижению, сильно затруднявшей сбор подъемного материала и делавшей почти невозможным наблюдение по поверхности археологического микрорельефа. Несмотря на все перечисленные осложнения, отряд не только выполнил возложенную на него задачу, но посетил еще разрабатывавшееся в древности месторождение Алтын-топкан. После обследования ряда мест древних плавок были собраны для анализов и переданы в соответствующие организации образцы шлаков. В течение 45 дней напряженного полевого периода- удалось посетить, открыть, выявить и зарегистрировать некоторые границы средневекового Илака, несколько древних торговых дорог, следы былой ирригационной сети, тысячи курганных погребений различных эпох, несколько старых мазаров, ям для углежжения, мест плавильных заводов, скал с высеченными рисунками и надписями, десятки тепе и десять более или менее значительных городищ: Имлак, Канка, Куль-ата, Ак-тепе, Курган-тепе, Джумишказы-теде, Уваит, Мунчак-тепе, Кырк-джангиз, Бука. Огромное большинство памятников не было известно ни по описаниям, ни просто по упоминаниям в научной литературе. Собранный вещественный археологический материал передан в Узбекистанский комитет по охране и изучению памятников материальной культуры. В процессе массового обследования тепе в долине Ангрена, когда в разных местах приходилось сталкиваться как бы с одноименными буграми, при попытках осмыслить их названия мне вновь пришла в голову мысль, что иногда здесь мы имеем дело не столько с собственным именем, сколько с термином, которым обозначаются тепе определенного типа и в который население, пустившее в обиход то или иное наименование, вкладывало определенный смысл по ряду усмотренных им признаков. К таким названиям относятся, например, Суйры-тепе, или Суйру-тепе, получившие прозвания от конусообразной формы с более или менее заостренной вершиной, от слова, „суйри* Ь^>~ | -»конически"остроконечный*,; »Куль-тепе"отсловая қул" [jy* или J f ] -„зола*, характеризуются наличием зольных слоев. Как известно, последние достигают мощности до несколько метров на местах поселений родового общества, если эти пункты были обитаемы в течение многих поколений. графа К. И. Лехновича, счетчика А. Н. Лехнович и нескольких переменных рабочих, работавших под руководством начальника отряда. Полевой период длился с 13/VI по 29, VII 1934 года, т. е. всего только 45 дней, но без единого простоя. Ограниченный срок, обширность района, неизведанность его в нсторико-археологическом отношении и, наконец, обилие остатков материальной культуры не позволили развернуть стационарные археологические раскопки. При обследовании того или иного пункта приходилось ограничиваться зачистками, а в большинстве случаев только регистрацией и сбором подъемного материала. Попутно шла фотофиксация, иногда производилась компасная съемка. Крайним северным пунктом наших маршрутов была точка, находящаяся в 13 км к северу от Кайнара; самым южным—Алтын-топкан в Карамазарских горах. На восток мы продвинулись до кишлака Яхши в 7 км восточнее Теляу, а на запад до селения Ильтамгалы в 8 км от берега Сырдарьи. Природные условия для работы нельзя было признать благоприятными. Обильные осадки весны и начала лета 1934 года способствовали буйному росту дикой и сорной растительности, во многих местах мешавшей даже продвижению, сильно затруднявшей сбор подъемного материала и делавшей почти невозможным наблюдение по поверхности археологического микрорельефа. Несмотря на все перечисленные осложнения, отряд не только выполнил возложенную на него задачу, но посетил еще разрабатывавшееся в древности месторождение Алтын-топкан. После обследования ряда мест древних плавок были собраны для анализов и переданы в соответствующие организации образцы шлаков. В течение 45 дней напряженного полевого периода- удалось посетить, открыть, выявить и зарегистрировать некоторые границы средневекового Илака, несколько древних торговых дорог, следы былой ирригационной сети, тысячи курганных погребений различных эпох, несколько старых мазаров, ям для углежжения, мест плавильных заводов, скал с высеченными рисунками и надписями, десятки тепе и десять более или менее значительных городищ: Имлак, Канка, Куль-ата, Ак-тепе, Курган-тепе, Джумишказы-теде, Уваит, Мунчак-тепе, Кырк-джангиз, Бука. Огромное большинство памятников не было известно ни по описаниям, ни просто по упоминаниям в научной литературе. Собранный вещественный археологический материал передан в Узбекистанский комитет по охране и изучению памятников материальной культуры. В процессе массового обследования тепе в долине Ангрена, когда в разных местах приходилось сталкиваться как бы с одноименными буграми, при попытках осмыслить их названия мне вновь пришла в голову мысль, что иногда здесь мы имеем дело не столько с собственным именем, сколько с термином, которым обозначаются тепе определенного типа и в который население, пустившее в обиход то или иное наименование, вкладывало определенный смысл по ряду усмотренных им признаков. К таким названиям относятся, например, Суйры-тепе, или Суйру-тепе, получившие прозвания от конусообразной формы с более или менее заостренной вершиной, от слова, „суйри* Ь^>~ | -»конически"остроконечный*,; »Куль-тепе"отсловая қул" [jy* или J f ] -„зола*, характеризуются наличием зольных слоев. Как известно, последние достигают мощности до несколько метров на местах поселений родового общества, если эти пункты были обитаемы в течение многих поколений. графа К. И. Лехновича, счетчика А. Н. Лехнович и нескольких переменных рабочих, работавших под руководством начальника отряда. Полевой период длился с 13/VI по 29, VII 1934 года, т. е. всего только 45 дней, но без единого простоя. Ограниченный срок, обширность района, неизведанность его в нсторико-археологическом отношении и, наконец, обилие остатков материальной культуры не позволили развернуть стационарные археологические раскопки. При обследовании того или иного пункта приходилось ограничиваться зачистками, а в большинстве случаев только регистрацией и сбором подъемного материала. Попутно шла фотофиксация, иногда производилась компасная съемка. Крайним северным пунктом наших маршрутов была точка, находящаяся в 13 км к северу от Кайнара; самым южным—Алтын-топкан в Карамазарских горах. На восток мы продвинулись до кишлака Яхши в 7 км восточнее Теляу, а на запад до селения Ильтамгалы в 8 км от берега Сырдарьи. Природные условия для работы нельзя было признать благоприятными. Обильные осадки весны и начала лета 1934 года способствовали буйному росту дикой и сорной растительности, во многих местах мешавшей даже продвижению, сильно затруднявшей сбор подъемного материала и делавшей почти невозможным наблюдение по поверхности археологического микрорельефа. Несмотря на все перечисленные осложнения, отряд не только выполнил возложенную на него задачу, но посетил еще разрабатывавшееся в древности месторождение Алтын-топкан. После обследования ряда мест древних плавок были собраны для анализов и переданы в соответствующие организации образцы шлаков. В течение 45 дней напряженного полевого периода- удалось посетить, открыть, выявить и зарегистрировать некоторые границы средневекового Илака, несколько древних торговых дорог, следы былой ирригационной сети, тысячи курганных погребений различных эпох, несколько старых мазаров, ям для углежжения, мест плавильных заводов, скал с высеченными рисунками и надписями, десятки тепе и десять более или менее значительных городищ: Имлак, Канка, Куль-ата, Ак-тепе, Курган-тепе, Джумишказы-теде, Уваит, Мунчак-тепе, Кырк-джангиз, Бука. Огромное большинство памятников не было известно ни по описаниям, ни просто по упоминаниям в научной литературе. Собранный вещественный археологический материал передан в Узбекистанский комитет по охране и изучению памятников материальной культуры. Термином„ак-тепеи—в буквальном переводе „белый бугор"—обозначаются многочисленные тепе часто без всяких признаков белого цвета или светлых оттенков поверхности. Очевидно, эпитет „ак" имеет здесь такое же переносное значение, как и в целом ряде других сложных слов: „ак-суяк"—„белая кость",в смысле обозначения султанского происхождения; „аксакал"—„белобородый",—каковым званием обозначали старшин вне зависимости от их возраста и седины их волос; „ак-падша"—„белый царь"—титул русского государя.Слово „ак-уй" или „белое жилище" обозначало, с одной стороны, свадебные юрты из белых кошм, а с другой,—большие юрты в 10—12 канатов, бывшие еще в середине прошлого столетия принадлежностью исключительно наиболее владетельных лиц из казахской эксплуататорской верхушки. Отсюда „ак-уйли" — „белокибиточник", то есть лицо, по своему происхождению относящееся к феодально-родовой кочевой аристократии. Такой же характер имеет архитектурный термин „ак-сарай"—„белый дворец" или „белая палата" для обозначения или крупных дворцов или помещений, в которых погребены ханы и члены их семей, а также видные представители мусульманского духовенства. Несомненно, и в названии „ак-тепе" следует улавливать тот же оттенок, и это наименование осмысливается населением, как указание на былые местопребывания прежних владетелей, то есть как развалины замков или укрепленных усадеб дехкан—феодалов. В этом же отношении интересно наименование „Шаш-тепе"; это имя носит несколько бугров в Чирчик-Ангренском районе. В первый момент очень соблазнительно видеть здесь отзвук старого политикогеографического термина Шаш, как наименование области, и переводить как „тепе или укрепление Шаша". Однако этот термин имеет широкое распространение далеко за пределами упомянутой средневековой области. В Средней Азии „шаш-тепе" мне известны на пространстве от долины реки Чу (в произношении „шиш-тепе") до долины Кашка-дарьи и Сурхана включительно. В афганском Бадахшане имеется мост Шаш-пуль на реке Кукча выше Файзабадских ущелий. Сложные со словом „шаш" названия встречаются и в северной Индии. Так, например, в Синде на большой торговой и скотопрогонной дороге в XIV в. была местность Шаш-накар, где, по словам Ибн Батуты, торговцы лошадьми из Мавераннахра должны были уплачивать первые взносы по семь динаров серебром за каждую лошадь. Было бы весьма желательно продолжить работу по расшифровке подобных терминов и привлечь к ней внимание других специалистов, что в дальнейшем должно облегчить исследователям ориентировку при археологических разведках в мало изученных районах не только Узбекистана и сопредельных братских республик, но и зарубежных стран. Камеральная работа 29 отряда ТПЭ заключалась в выяснении материалов предшествующих исследований Ахангерана, в выборке касающихся его сведений из письменных средневековых восточных первоисточников и в сопоставлении их с полученными отрядом археологическими наблюдениями. Помимо общего отчета о результатах всей деятельности отряда, основная его тема, заключавшаяся в выяснении истории добычи меди в Средней Азии, нашла отражение в моей од- ноименной работе, опубликованной в серии трудов ТПЭ2 . В этой более или менее узко специальной публикации не могли быть отражены все полученные отрядом археологические данные и выяснившиеся в результате сопоставлений и анализа исторические факты. Учитывая, что они в условиях малой изученности Узбекистана в историко-археологическом отношении представляют своей новизной известный научный интерес, было сочтено целесообразным доработать все эти материалы по исторической топографии Ахангерана и изложить дополнительно в особой монографии. Автор полагает, что публикуемый труд послужит основой при дальнейших крупных историко-археологических работах в Ахангеране. Этот район Узбекской ССР, разбуженный к новой интенсивной жизни Великой Октябрьской Социалистической революцией, быстро движется по пути культурного развития и материального благополучия. Есть все основания полагать, что публикуемый труд очень своевременно поможет развертыванию на местах краеведческой работы в части изучения прошлого своего района, жажда знать которое год от году растет в широких массах населения.

М.Е.Массон 0.00 4 0 1 mavjud